Александра Энговатова

20 января 2016

Управление научной политики и организации научных исследований, МГУ им. М.В. Ломоносова.
Беседа с экспертом состоялась во время работы форсайт-сессии «Будущее науки» 22 декабря 2015 года.

– Александра Андреевна, вам, как представителю форпоста национальной науки, сразу такой неожиданной вопрос: а возможно ли сегодня вообще провести границу между национальной наукой и наукой глобальной? Существует ли она де факто, наша национальная наука?

– Если говорить о науке в целом, о производстве некоего знания, то, безусловно, мы постепенно отходим от национальных границ. Будущая модель организации науки предполагает участие в крупных международных исследовательских проектах, построенных на принципах междисциплинарности, таких как «геном человека», «ENIGMA» или большой адронный коллайдер Кроме того, наука сегодня приходит на помощь в решении практических задач, в максимально эффективном удовлетворении  тех потребностей, которые возникают в обществе. Таким образом, происходит активное взаимодействие мира науки и общества в рамках открытых исследовательских проектов с целью решения острейших задач современности. И в этом смысле сегодня мы приходим к вопросу, кому выгодно. В этой связи возникают национальные границы, и они играют значительную роль: наука , с одной стороны, движет социально-экономическое, гуманитарное развитие общества, а с другой стороны, – дает развитие технологиям. А технологии –  они уже  непосредственно влияют на уровень жизни населения, дают возможность получать экономическую выгоду, формируют добавленную стоимость, происходит капитализация знания. Таким образом, когда мы говорим о продуктах и услугах, обращающихся на рынке, здесь очень важное значение приобретают национальные границы. Это могут быть, например, рамки национальной инновационной системы. Безусловно, невозможно говорить, что это очень жесткая конструкция, не имеющая выхода во внешний мир. Напротив, ее успех определяется возможностью наладить эффективную взаимосвязь с внешним миром, с глобальными рынками.

 – Но насколько реально ее создать в условиях, когда в мире уже существуют мощные научные центры, притягивающие финансовые и интеллектуальные ресурсы?

 –В современном обществе, обществе знаний, человеческий капитал начинает играть ключевую роль. И  наша страна сильна именно своим человеческим капиталом. И, в принципе, это то, что Россия поставляет во внешний мир. У нас удивительно качественный человеческий капитал получается, и он очень хорошо интегрируется потом во внешнем мире, очень быстро находит свое место во внешних сообществах.

Русские очень хорошо умеют генерировать абсолютно новые идеи, создавать уникальные, штучные объекты и находить что-то интересное там, где все уже махнули рукой. Мы часто работаем в тех научных областях, где никто больше не работает.

И тут, конечно, возникает вопрос: как сделать из нашей страны получателя выгод от того, что мы передаем миру? Устроить все так, чтобы результаты приносили выгоду и нам, в обратную сторону?

Я не считаю, что наша страна неуспешна на этом пути. Более того, здесь есть значительные перспективы. Я имею в виду поколение, рожденное в начале 2000-х годов, которое многие называют «латентные инженеры». Это поколение ребят, обладающих абсолютно уникальными качествами, которых не было в предыдущих поколениях. Они формировались в «тучные» годы, на их образование были потрачены большие средства. Они имеют все шансы получить «мировое» образование, например после бакалавриата в России, сделать мастера в каком-то европейском университета, поработать заграницей, наладить партнерское взаимодействие с коллегами по миру, а затем вернуть полученные навыки и знания обратно в страну. Конечно, при условии, что получится создать для них стимулы, чтобы они нашли свое место в этом обществе. В этом случае, я уверена, ситуация с оттоком талантов из страны может поменяться коренным образом.

 – Но не звучит ли все это несколько абстрактно? «Если создадут условия», «если», «если»... А вот сейчас, в настоящем, что-то в МГУ позитивное происходит, например?

 – На примере Московского университета мы видим, как сильная фундаментальная научная школа дает возможность экономике страны получить класс специалистов мирового уровня, ориентированных на созидание и развитие внутри страны. Как вы знаете, на базе МГУ формируется так называемая технодолина «Воробьевы горы». Ее миссия, если хотите, создать условия, при которых сильным исследователям, которые формируются в российской исследовательской научной школе, была бы гарантирована возможность развития в этой среде. В этой связи возникает потребность формирования некой траектории роста для этих исследователей, интеграции их в некую сеть с представителями индустрии, задание им актуальных задач, которые требуется решить для экономики России. Все это должно привести к трансформации ситуации во всем научном сообществе страны. Потому что если этот проект покажет свою эффективность в ближайшее время, а я в этом уверена, мы поймем, что в российской среде возможно создание точек роста на базе университетов. И университеты перестанут восприниматься исключительно как точки роста образовательных компетенций у населения. Университеты способны быть точками экономического и социального роста, заниматься капитализацией знаний, и не только региона, но и страны.

 – То есть своего рода американская модель?

– Не только американская. Она проходила обкатку во многих европейских странах – в Скандинавии, в Германии. Это попытки видоизменить существовавший с XII века практически в неизменном виде институт университета и довести его до модели, эффективной в современных условиях. В  XIX веке были реализованы значительные нововведения, когда университеты приобрели, помимо образовательной, еще и исследовательскую функцию (классический университета Гумбольдта), но эта исследовательская функция во многом была направлена на фундаментальные исследования. Сейчас университеты трансформируются в источник прикладных разработок, центров предпринимательства и новой экономики, способных формировать экономический эффект.

Источник: Портал «Стратегия научно-технологического развития Российской Федерации»

Теги: Стратегия научно-технологического развития России Форсайт-сессия Будущее науки Фонд «Центр стратегических разработок» Price Water House