"Наука не может жить без производства"

25 марта 2016

Сергей Ермак, доцент кафедры "Квантовая электроника"
Институт физики, нанотехнологий и телекоммуникаций (ИФНиТ)
СПбПУ

– Вы занимаетесь научно-исследовательской деятельностью порядка 30 лет. Как Вы можете оценить динамику того, что происходило с российской наукой за этот период?

– Мне довелось наблюдать эту динамику, начиная с доперестроечных времен, когда я был студентом и аспирантом. Потом была перестройка, начались непростые времена. Наша наука, конечно, не умерла, однако многие ученые работали за рубежом, что спасло целый ряд направлений. Сейчас в этой области есть целый ряд позитивных подвижек, однако нужно признать ключевой факт – наука не может жить без производства, потому что иначе это работа на другие государства в чистом виде. Мы тратим свои деньги, а эти разработки уходят на Запад. То есть есть критический разрыв.



– Вы видите сейчас в рамках существующей экономической системы конкретных заказчиков?

– Реальный заказчик – это, конечно, оборонно-промышленный комплекс. А еще, наверное, хай-тек, авиационное и аэрокосмическое приборостроение. Еще морское оборудование, потихоньку оживает медицина. В девяностые годы мы закупали очень много импортного медицинского оборудования и совсем не развивали это у себя. Сейчас получилось, что импорт мы закупать не можем плюс сервис жутко дорогой, потому как все требует поддержки, а своего нет, потому что тратили деньги на импорт. То есть сейчас должна быть проделана большая работа, чтобы поднять биомедицину. И микроэлектроника тоже – здесь мы очень сильно отстали.



– Насколько сильно?

– Уровень предложения электроники и радиоэлектроники просто катастрофический. Это я про гражданские отрасли. ВПК держится только за счет того, что мы с давних времен привыкли делать электронику, оборудование малыми сериями или уникальную. Но задача, конечно, – это массовое крупносерийное производство. То есть бытовая электроника, медицинское оборудование и так далее.



– А переток из военного сектора в гражданский возможен или он чем-то ограничивается?

– Во-первых, он ограничен материальными ресурсами. Во-вторых, требуются специалисты, а сейчас наша молодежь поступает в коммерческие вузы и учится на те специальности, которые в таком количестве, с моей точки зрения, не требуются. Нам нужны высококачественные инженеры, высококвалифицированные разработчики, даже те же программисты, которые в своем большинстве уезжают на Запад. Правда, сейчас эта тенденция разворачивается – много специалистов вернулось. И кто-то из них нашел себя здесь в серьезных проектах, в частности мы работаем в области стандартов частоты и времени. Да многие, кто работал на Западе, сейчас в Москве, в Нижнем Новгороде. Они вернулись и двигают нашу науку.



– Какая у них мотивация?

– До недавнего времени это были хорошие проекты, серьезно финансируемые, и с зарплатами, эквивалентными зарубежным. До наших последних проблем с курсом.



– Что, на Ваш взгляд, принципиально важно включить в новую стратегию научно-технологического развития?

– Как, допустим, дела обстоят в Германии? Покупаем немецкое. Такая вот госполитика. А у нас должно быть – покупаем российское. Если у нашего государства будет такая государственная стратегия, тогда мы поднимем всю экономику.



– Вы же понимаете, что немецкое качество – это одно, а российское качество – совсем другое...

– Нет такого слова – "немецкое", "российское". Есть соблюдение норм производства, какой-то производственной этики, мотивация улучшать качество продукции. Тогда наше качество станет аналогичным. В Германии на высокотехнологических производствах работает очень много россиян – делают те самые качественные немецкие товары. Важно создать правильную систему, которая будет работать на российскую экономику.

Источник: Портал «Стратегия научно-технологического развития России»

Теги: Ермак Германия высокие технологии технологии